„А про Медусу?“ — повысила голос Славуня. — „Почему ты сегодня со всеми споришь, обижаешься?“

„Прости“. — Мне и вправду стало стыдно.

„А ведьма, если ты не в курсе, значит ведающая женщина. Хотя какая ты ведающая“

Оказывается, что обидеть можно даже богов.

— Тогда начинаем от Мира и идем по часовой стрелке. — Я очертила круг.

Мы замерли. Сначала ничего не происходило. Затем Алтарь вспыхнул ослепительно белым светом и …в центре камня открылась ниша.

„А разве не ты должна была появиться?“ — Растерялась я.

„А ты не совсем тот обряд провела“, — все еще обиженно ответила Славуня.

— Тайник. — Влад кинулся к нему и тут же с воплем отпрянул. — Черт, как больно.

— Что случилось? — Мы удивленно посмотрели на него.

„Не суй руки, куда не просят,“ — ехидно проговорила богиня.

— Олеся, попробуй ты. — Декан посмотрел мне в глаза.

„Конечно, дамы вперед. А если и меня ударит?“

Джейсон словно прочел мои мысли и ободряюще взял за руку. Бояться я не перестала, но почувствовала уверенность, что если что случится, он меня защитит.

Протянув руку, я почувствовала слабое, но настойчивое сопротивление. Камень словно говорил: Ты свое дело уже сделала. Но охраняемое тебе не взять. Тут нужна берегиня. Я отдам только ей.

Ну вот, уже и камни со мной разговаривают.

— Что произошло, — декан вопросительно смотрел на меня.

— Он не пускает, говорит, что нужна берегиня. — Машинально ответила я. И только тут спохватилась, ЧТО сказала.

— Ага, камни разговаривают. — Влад грубо расхохотался. — И где же мы возьмем берегиню?

— Алтарь говорит, что я ведьма и могу его только активизировать, но дальше нужна берегиня. — И я посмотрела на Элен. Кто как ни она может ею оказаться.

— Я попробую. — Правильно поняла она мой взгляд.

— Ой не могу, ведьма, — все никак не мог успокоиться Влад.

— Хватит. — Резко прервал его Джейсон.

— А ты что в защитники ей нанимался?

Но тут произошло то, чего мы так ждали. Элен протянула руку и тот час же покрылась вся золотистым цветом. Мгновение и все опять стало по прежнему. Алтарь опять переливался всеми цветами, поверхность его снова была идеально гладкой. Не было и намека на тайник, ни малейшей трещинки.

А в руках у Элен оказались свитки. Мы несколько разочаровано вздохнули. Столько трудов, а это оказался не Алатырь — камень. Но потом все же поняли, что произошло. Свитки с письменами. Даже если мы больше ничего ни найдем, то сенсация уже обеспечено.

„Ах вот куда их дели“

„Что?“ — Я как то не поняла, что богиня имела ввиду.

„Да я просила одного юношу все тщательно описывать, а потом попросила спрятать эти свитки до поры до времени. И не знала куда.“

„И ты так равнодушно говоришь об этом. Да ты понимаешь, если докажут, что эти письмена подлинные. Это же самый древний документ, когда — либо найденный. И еще это доказывает, что у нас существовала письменность до Кирилла и Мифодия.“ — Я аж задыхалась от возмущения. Вот так и делаются открытия. Всего лишь забывчивость одной очень противной богини.

„Я конечно понимаю тебя“, — она несколько смутилась. — „Но и ты меня пойми, я ведь и так знала, что письменность существует. Да и знаю, что там написано. Просто я ожидала найти там талисман. Последний раз я его клала именно туда. Значит кто — то открывал тайник уже после меня.“

„Где его теперь искать?“

„Будем думать.“

Да, невежливость богов просто поражает. Ни здрасьте тебе, ни до свидания.

А декан тем временем взял свитки из рук Элен.

— Вы понимаете, что это за сокровище? — он был очень взволнован. — Надо срочно сделать их анализ, пока хотя бы подручными средствами, а затем отправлять специалистам. Смотрите, тут письмена. Есть даже знакомые руны, можно разобрать, что тут написано.

— Илья Игоревич, ну давайте же прочитаем, что там написано. Вы что хотите, что бы о своей собственной находке мы узнали из новостей. Это же не честно. — Раздался гул голосов.

— Ну хорошо, — сдался декан. Хотя не очень то он и сопротивлялся, самому небось интересно.

–  Завтра с утра и начнем. А я пока проведу предварительную экспертизу. Все — равно на сегодня работа закончена.

И он ушел, точнее, почти убежал. Вот так всегда, я почувствовала некоторую грусть. Словно чего то совершилось, чего уже никогда не вернешь. И вдруг осознала. Я ведь рассказала, что разговаривала с камнем, назвала себя ведьмой. И никто, кроме Влада, ничего странного не заметил. Что же происходит?

„Ты права, люди меняются. Они готовятся воспринимать будущие события.“

Мне стало тревожно. Все происходило не просто стремительно. Больше всего это было похоже на снежную лавину, которая набирала обороты.

Но тут мои мысли потекли в другую сторону. Я посмотрела на Джейсона. Что бы дальше не случилось, я точно знаю чего не хочу. Я не хочу потерять его. Джейсон поймал мой взгляд.

— Ведьмочка моя. — Он нежно обнял меня.

— И ты не считаешь меня сумасшедшей? — Я вдруг решилась рассказать ему все.