– Переселенец, - прохрипел Йон.
– Номер разрешения...

– Засунь себе в жопу номер своего разрешения, - прервал его темнокожий.
– Служил в Космофлоте?

Йон сообразил, что причина вопроса - его черный б/у космофлотовский комбинезон.

– Семь лет работал двигательным механиком на линии Земля - Земля-Большая, - не очень разборчиво, как обычно говорят космофлотовские технари, отозвался Йон. Это был его легенда, причем очень надежная.

– Тип корабля?
– быстро спросил темнокожий. В легенду это входило, и Йон столь же быстро, упреждая колено охранника, ответил:

– "Туполев-десятитысячный".

– Номер борта?

– Ка - семь девять - восемь сотен - ка.

– Личный номер?

– Эм-уай-ю-тридцать-семь два-сорок пять-сорок восемь.

– Проверить, - приказал темнолицый. Связист мигом ввел цифры в терминал. Йон видел, как зажглись оранжевые квадратики связи через "нулевку", и почти сразу появился ответ.

Ого, подумал он, у них сверхскоростной доступ к Галанету, скорее даже - к ФедНету, закрытой федеральной сети. Круто работают!

– Джон Б. Смит, эм-уай-ю-тридцать-семь два-сорок пять-сорок восемь, уволился с борта Ка - семь девять - восемь сотен - ка первого сентября прошлого года, - прочитал связист.

– Ладно, - тоном ниже проговорил темнокожий, а Йона вдруг прошиб холодный пот: если они могут так быстро и легко влезать в сервера Космофлота, почему бы им не взять сейчас его, Йона, ген-тест и по ген-коду не выяснить за полчаса, кто он такой на самом деле? Однако, кажется, полученная информация удовлетворила темнокожего.

– Абдулла, держи этого, - приказал темнокожий.
– Расул, девку сюда.

Странно, подумал Йон, у них мусульманские имена, хотя они линкеры, люди без нации, и не похоже, чтоб сильно религиозные.

Железное колено Абдуллы вдавило его в стул, ствол близкобойного разрядника уперся в шею. Послышалась возня, и второй охранник втащил в рубку вяло сопротивляющуюся, исцарапанную, растрепанную Клю.

– Джон, - отчаянно закричала она, увидев разбитое лицо Йона, и Йон пришел в тихий восторг от ее сообразительности.

– Эй, ты, - зарычал от пульта темнокожий, повернувшись к девочке, - это твой поганый братец стрелял из леса?

– Не знаю, - ответила Клю, но темнокожий махнул рукой:

– Мартен стрелял, это ясно. Ничего, найдем. Абдулла, сержанта сюда.

Охранник за спиной Йона повернулся было к селектору, но тут дверь сама раскрылась, и вошел еще один темнокожий, на этот раз бородатый, с красными молниями на мундире.

– Сержант, - кивнул старший от пульта.
– Докладывай.

– Общий итог, капитан-джи. Наших потерь: у монастыря - один, на станции - сначала двое, при захвате этих - четверо, итого - семь.

– Много.

– В пределах нормы, капитан-джи.

– В пределах нормы... А вы уверены, что убрали всех?

– Мальчишка остался в лесу.

– Будем зачищать, прибьем... Остальные - точно?

Йон уловил колебание сержанта, потом тот сказал:

– Точно.

Так, подумал Йон. Значит, Ёсио числится убитым.

Капитан начал было что-то говорить, но тут вдруг связист поднял палец и вмешался.

– Капитан-джи, на связь.

Капитан удивленно двинул густыми бровями, взял наушник.

– Капитан Рафиз, - недовольно произнес он и вдруг вскочил.

– Я. Есть. Есть. Так точно. Есть. Понял, о великий. Есть. Есть. Нейтрализация закончена, о великий. Есть. До связи.
– Он сорвал наушник и разразился свирепыми линкерскими ругательствами. Наконец, послышался и связный текст: - Чтоб им есть печенку своего отца, какой ш-ш-шайтан их приволок так рано! Связь, дай им пеленг на посадку! Чтоб им жарить свою мать в аду, я их ждал только завтра! Голову снимут! Сержант, всем чистить корабль - засрали до безобразия! Десять минут на уборку! Сам Сардар летит! Абдулла, Расул, пленных на третий ярус, держать в лучшем виде, Сардар их наверняка потребует!

Больше Йон ничего услышать не успел - их выволокли в коридор, протащили по лестницам и ярусам и швырнули в крохотную каморку - одиночную каюту, но без койки.

– О-ой... как тебя побили!
– только и сказала Клю, буквально рухнув в объятия Йона.

– А ты? Тебя били? Что с тобой делали?

– Ничего особенного... во флаере держали на полу, не давали подняться, потом вытащили, проволокли по коридору и заперли в каком-то шкафу. Потом выпустили и притащили в рубку. Я только брыкалась очень, поэтому вся растрепанная.
– Клю приподнялась, оглядываясь.
– О, гляди, умывальник.
– Она вытащила из своей куртки платок, намочила и принялась обтирать Йону лицо. Покончив с этим, строго сказала: