Алдор, глядящий в лицо девушки, поймал на себе взгляд Корвина и спросил:

— А ты-то как?.. Не заболел? — Он ведь тоже вместе с ней искупался в ледяной воде.

— А что со мной… — небрежно отмахнулся Корвин, ломая сухую ветку. — Меня разве этим проймёшь? Это она в мехах привыкла, да в бархате…

— Надо что-то делать, она умрёт… — Алдор подбросил в кружку горсть более-менее чистого снега.

— Ну и чёрт с ней…

Алдор вскинул глаза на реакцию Корвина. Как можно так? Можно ли?.. Задумался, глядя в огонь. А может, так лучше для неё, чем тащить её ещё в такую даль. Сюда-то добирались почти месяц, и их ещё никто не искал, они ещё не совершили покушения, смелее заходили в деревни и на постоялые дворы. Всё равно были осторожными. А с ней сейчас вообще никуда, как преступники вне закона.

— Надо было бросить её ещё в самом начале, когда только уходили… — Голос Алдора был глухим.

— Никогда не поздно сделать это сейчас…

— В лесу? — Нахмурился.

— Она замёрзнет, или её сожрут волки, какая разница, мы просто избавимся от неё… — Корвин спокойно и деловито ломал палки, бросал их в огонь, и это его спокойствие и жестокость впервые, может быть, вызвали у Алдора неприятные чувства.

— Просто бросить её в лесу? — он даже переспросил, не веря ушам. — Её же никто не найдёт здесь…

— Ты же собирался мстить её отцу… Чем не месть?

Алдор помолчал, глядя в яркие языки пламени.

— Все под Богом ходим… Нечестно это как-то… Я ей пообещал, что отпущу её… тогда ещё… в замке…

— О Боге говоришь, а сам на месть пошёл… — Корвин усмехнулся.

— Да. — Алдор упрямо посмотрел снизу вверх на стоящего рядом товарища. — Простить не могу ни ему, ни себе, что всё это помню, а забыть не могу, вот тут вот всё! — Стиснул кулаками голову. — Только её там не было, был её отец, а не она…

— А твоих он за что?.. Это помнишь?..

Алдор осёкся, хотя хотел ещё что-то добавить, отвернулся, стиснув зубы. Молчал, глядя на заснеженный лес.

— Давай оставим её на каком-нибудь постоялом дворе, скажем, что её ищут, кто она такая…

— И нас тут же схватят ещё тёпленькими… Ты даже за порог не успеешь выйти. — Корвин всегда думал трезво и мог приземлить любые мысли.

— Мы не будем трубить об этом, просто оставим её…

— Зачем тебе лишние проблемы?

— Об этом сразу надо было думать.

Корвин ссыпал в кружку горсть сухих ягод шиповника и тонкой палочкой перемешал мутную воду. Через некоторое время снял с огня, захватив кружку полой плаща. Дул, сдувая в сторону белый пар, и пытался пить маленькими глотками. Алдор смотрел на лошадей, разгребающих снег копытами. А их насколько хватит? Без зерна и сена…

— На, попей, согреешься чуть-чуть… — Корвин протянул кружку, оставив половину. Алдор отпил несколько обжигающих глотков и стал греть руки, держа кружку в ладонях. — Было бы лето, можно было бы что-нибудь найти… Ягод каких или грибов… Не подходящее мы время с тобой выбрали…

Алдор усмехнулся в ответ, подошёл к девушке. Опустившись на колено, положил ладонь на её затылок и приблизил кружку к губам, поддерживая под голову.

— Пей же ты… — приказал сквозь зубы. Она подчинилась, словно поняла его, и выпила всё до дна. Сидела, не сводя с Алдора прямого взгляда исподлобья, казалось, что-то сказать хотела или спросить о чём-то, но опустила взгляд. Алдор поправил одеяло на её плечах и поразился жару её кожи.

— Зачем ты возишься с ней? — Корвин глядел недовольно. — Ты только зря привязываешься к ней, поэтому тебе её и жалко… Я даже удивляюсь, как представлю, что чувствовал бы я, если б знал, что её отец всю семью мою… А ты…

— Ладно тебе… Выбираться сейчас надо… Что теперь копья ломать… До этого ли? — Алдор сохранял спокойствие.

Корвин усмехнулся, грея у языков костра открытые ладони, задумался, уйдя в себя, даже взгляд остановился.

Алдор заметил, как лошади вскинули вдруг головы и навострили уши, вглядываясь между деревьями. Кто-то чужой там, что ли?.. Только этого не хватало…

И в самом деле, меж кустов что-то двигалось тёмное, приближаясь к ним сбоку.

— Корвин? — встревожено позвал Алдор и невольно нащупал под плащом рукоять кинжала.

Корвин вскинулся и уставился глазами туда. Среди кустов стало видно, что приближался к ним человек. Всё ближе. Стало видно, что он средних лет, одет по-простому, из-под шапки выбивались седеющие пряди.

Алдор перевёл взгляд на товарища, но Корвин стоял неподвижно, вытянувшись, как струна, и только поджатые губы выражали решительность, а под плащом еле-еле угадывался локоть согнутой руки, в которой, Алдор был уверен, сейчас находился заряженный арбалет. Такой же был и у Алдора, маленький, однозарядный, пришлось бросить его в замке графа Вольдейна.