Домудесс — волшебник

Гобб — полувеликан

Тень — мифическое создание

Незнакомка — странный маг с непонятными способностями

Стюарт Кейси,также известный как Кейс, — измененный человек

Отряд мэра:

Анфен — бывший первый капитан армии замка

Дун — племянник Фауль, убитый Киоуном

Эрик — журналист (и большой любитель комиксов про Супермена и др.), прошедший в дверь

Зоркий Глаз — народный маг

Фауль — полувеликанша

Луп — народный маг

Лейли — культистка Инферно

Лют — муж Фауль

Шарфи — один из банды Анфена

Сиель — плохо обученный маг Школы счастливого случая

Тии — земляной человек

Замок:

Азиель — дочь By, заточенная в замке, наследница трона — теоретически

Архимаг Авридис — советник и доверенное лицо By и руководитель Проекта

Блейн — Стратег

Энвидис — Охотник

Эвелль — Охотница

Призрак — конгломерат пяти личностей, обитающий в зеркале By (и в прочих стеклянных поверхностях)

Киоун — Охотник

Товин — первый капитан Копина

Таун — Охотник

Вашун — Стратег

By — Друг и Владетель Выровненного мира

Совет Вольных городов:

Эркаирн — представитель Разрозненных народов

Ильгрези Слепец — мэр Эльвури

Извен — мэр Йинфеля

Лиха — мэр Фейфена

Оусен — мэр Высоких Скал

Таук Сильный — мэр Тантона

Виутин — советник мэра Тситха

Боги / Великие Духи:

Кошмар — молодой бог

Доблесть — молодой бог

Мудрость — молодой бог

Инферно — старый бог

Гора — старый бог

Ураган — старый бог

Драконы:

Дьян —незначительное существо

Ксин — один из восьми Великих

Шаа — одна из восьми Великих

Тси — один из восьми Великих

Цзи-Цу — одна из восьми Великих

Вьян — один из восьми Великих

Вьин — один из восьми Великих

По Великой Разделительной Дороге грохотали копыта. Их цокот — быстрый, целеустремленный. Мир обретает мягкие, приглушенные, размытые края, как во сне, глубокие лиловые сумерки словно просачиваются сквозь воду. Фрагменты воспоминаний, как осколки разбитой вазы, плавают в темном бассейне, но не прорывают гладкую поверхность. Есть только стук копыт, который все приближается.

Сердце человека, было замершее, теперь бьется в такт цокоту. Он стонет. Тепло разливается в похолодевшей плоти, толчками, пока не доходит до неподвижных ледяных пальцев. Он не может вспомнить ничего, ничегошеньки — ни имени, ни того, как оказался здесь в луже крови. Рука медленно направляется к животу, она знает то, о чем позабыл разум. Затем пальцы ощупывают шею.

Свет приближается к нему с юга, разгорается, поглощает его, а затем пульсирующими волнами накатывает жар. Над ним возвышается всадник, резко остановивший жеребца, натянув поводья. Конь серебристого цвета с гривой, сияющей ярче драгоценных камней. Хотя животное послушно замерло на месте, человек по-прежнему слышит цокот копыт.